Александр Лапин: Отправление с «третьего пути»

Интервью с сопредседателем Московского отделения «Народного Собора», кандидатом политических наук Александром Лапиным.

«Народный политолог»: – Александр Андреевич, очевидно, что Общероссийское общественное движение «Народный Собор» относится к структурам, которые принято называть оппозиционными. Вы проводите свои собственные акции, но при этом явно не стремитесь к участию в «раскрученных» СМИ шумных митингах. Чем объясняется такая позиция?

Александр Лапин: – Мы убеждены в том, что крик, эпатаж и отрицание всего и вся – ещё не есть участие в политической жизни. Это, во многих случаях, или имитация такого участия, или попытка достижения каких-то совсем иных целей.

Мы же предпочитаем конкретные действия, работу и, если хотите, реальную жизнь. Да, о своей позиции можно громко кричать на площади, но можно делать и по-другому: например, организовывать детские и юношеские спортивные и военно-патриотические клубы, помогать многодетным семьям, заниматься восстановлением храмов, противодействовать пропаганде безнравственности и русофобии. Вот этим мы в частности и занимаемся, хотя произносить слова тоже умеем…

«Народный политолог»: – Свою позицию и своё отношение к жизни вы определяете как «Третий путь». Какое значение вкладываете в этот термин? Не кажется ли он размытым?

Александр Лапин:– Нет, как раз здесь всё ясно и определённо. Сторонниками «Третьего пути» или «Третьей силой», как известно, часто именуют себя те, кого относят к национально-патриотическому сегменту. Но мало лишь примерить на себя статус «Третьей силы» и заявить, что, мол, мы «против коммунизма и против капитализма». «Третий путь» – это путь, основанный на симбиозе русской нравственной традиции и прорывных инноваций в экономике, управлении и образовании.

Сейчас на дворе эпоха либералов, и все они, – как внесистемные, так и те, что у власти, – намеренно (или злонамеренно) связывают воедино прогресс и либерально-рыночную модель. Положительный результат у них не получается, да и не получится. К чему приводят такие «умственные» реформы, наш народ уже понял.

«Народный политолог»: – Если «Третий путь» – это конкретное целеполагание, хотелось бы определить его максимально точно…

Александр Лапин:– Целеполагание невозможно ни придумать, ни создать искусственно. Оно может родиться только в коллективном сознании, когда сама нация задаётся вопросом о своём историческом предназначении. И здесь, к сожалению, многое зависит от российских элит. А понятие элиты сегодня либо размыто, либо искажено.

Для того, чтобы элиты обрели лицо, они должны сформулировать социальный идеал, основанный на исторической традиции, а не на вдруг провозглашённой «рыночной морали» или чём-нибудь ещё. В противном случае их ждёт участь русской элиты в период гражданской войны.

«Народный политолог»: – Это что же, всем нам ждать, когда элиты созреют и поумнеют?

Александр Лапин: – Не совсем так. В политике всегда есть два вектора – «вектор сверху» и «вектор снизу». Их взаимодействие определяет конечный результат. В разные периоды истории один из этих векторов становится доминирующим. Поэтому уместно сказать так: если элиты вовремя не поумнеют и не возьмут на себя ответственность за всё, что происходит в стране (это их прямая обязанность), то определяющим станет «вектор снизу», то есть мнение большинства народа.

«Народный политолог»: – Когда говорят о приоритетах и планах власти, используют категории, не всегда понятные народу. А что России нужно на самом деле, в первую очередь?

Александр Лапин:– Ключевыми проблемами, которые предстоит решить любой ответственной российской власти, являются незаселённость территорий, неравномерное распределение населения, депопуляция и деградация народа.

Концентрация людей в мегаполисах и городах-миллионниках приводит к тому, что большая часть природных ресурсов остаётся невостребованной и неиспользованной, а промышленные производства, эксплуатирующие природные богатства, работают на основе устаревших технологий, варварски перемалывая то, что принадлежит не только нам, но и нашим потомкам.

Исторический опыт многих стран показывает, что в подобных ситуациях дальновидные и ответственные государственные деятели прибегали к политике рассеивания населения. Так, наиболее продуктивным видится создание и развитие сети малых российских городов с численностью населения до 50 тыс. человек, с продуманной инфраструктурой, основанной на качественной транспортной системе и каналах связи.

Отток населения из мегаполисов позволит развить в России сеть малых городов, между которыми могут быть расположены комфортабельные посёлки-пригороды. Сами же мегаполисы при этом никуда не денутся, но их роль в экономической и социальной жизни страны уменьшится.

«Народный политолог»: – Да, сегодня страна и в самом деле напоминает огромное пустое пространство, заросшее бурьяном…

Александр Лапин:– Россия позднее других держав вступила на путь индустриального развития. В силу аграрного, крестьянского характера страны до конца 1920-х годов не происходило варварской эксплуатации природы и её богатств.

Таким образом, наша природа почти девственна, а примерно четверть территории – это места, где не ступала нога человека. Между тем, ситуация с доступом самих граждан к этим уникальным богатствам просто катастрофическая. Для информационного же общества характерно стремление к децентрализации, рассредоточению населения по значительным пространствам, а мы продолжаем строить небоскрёбы…

Технологии дешевого «малого» строительства имеются, и «малые» дома дешевле, чем панельные многоэтажки и чем их ремонт в недалёком будущем. Только при таких условиях жизни люди смогут в полной мере пользоваться экологическими богатствами страны – чистыми водой и воздухом, здоровым питанием, и при этом не отказываться от достижения технического прогресса.

К тому же, при современных средствах связи и возможности использовать в повседневном труде виртуальные офисы, многим специалистам нет необходимости просиживать штаны в конторе, ежедневно тратить несколько часов на дорогу на работу и обратно. В этом нет никакой технологической необходимости. Только индустриальная привычка не позволяет многим руководителям заменить реальные офисы и места работы виртуальными.

«Народный политолог»: – У всех на слуху слово «модернизация». Как этот термин вписывается в концепцию «Третьего пути»?

Александр Лапин:– Термин изобретён где-то в кулуарах власти, но никто не дал себе труд его конкретизировать. Поэтому выскажу свою точку зрения.

Дальнейший рост индустриализации в России невозможен по ряду объективных обстоятельств. У нас тяжёлые климатические условия, дорогая рабочая сила, большие издержки на транспорт, строительство и энергетику. Активная модернизация возможна только при закрытых границах и в определенном социально-политическом и идеологическом климате. В противном случае капитал просто «утекает».

Именно поэтому в России должна применяться модель развития, нацеленная на изобретательство, разработку и внедрение высоких технологий, то есть на отрасли, имеющие низкую материальную составляющую.

«Народный политолог»: – На сайте «Народного Собора» вы пишете о необходимости восстановления и сбережения русского социогенетического архетипа. Отчего ему столько внимания?

Александр Лапин:– Очевидно, что особенности национального характера обязательно должны учитываться руководством государства. Важным условием успешной политической деятельности служит элементарное понимание элитами архетипа собственного народа. В идеале сами элиты должны быть его носителями, как это было до начала XVIII века.

Сегодня же совсем иная картина – а именно, попытки представить «героя нашего времени» как бандита, олигарха, гламурного наркомана-бездельника. При такой подмене и фрагментарности сознание просто не способно сосредоточиться на сверхзадаче. Возврат к своему социальному и генетическому архетипу – условие действительной модернизации.

«Народный политолог»: – Вписывается ли это в рамки провозглашённого «правового государства» и «гражданского общества»?

Александр Лапин:– Вписывается, но не в западном понимании и не в западном толковании этих терминов. Русский человек не законник. Его поведение – и в быту, и на людях – всегда определялось не буквой, а духом, и не как формальный императив, а как призыв сердца. Поэтому добро и зло у нас – это не столько юридические, сколько духовные категории. Русский творит добро не столько по долгу и по требованию закона, сколько по любви и естественному тяготению к добру.

При этом в принципе неверным является утверждение о правовом нигилизме русского народа, поскольку право в нашей традиции выполняло существенную инструментальную функцию: закон служил государственным механизмом достижения и обеспечения нравственных идеалов и потребностей. А вот расхождение законодательства и архетипов вызывало деформации в правовой системе, вплоть до бунтов.

Если европеец и американец по своим жизненным установкам – завоеватели, который навязывает свой образ жизни другим народам, то русский человек – осваиватель. Он мобилизуется в пограничной ситуации, несущей угрозу существованию. Но и наличие смертельной опасности, и осознание её – только необходимые, но не достаточные условия для национального пробуждения. Для этого необходим волевой импульс верховной власти и национально ориентированной части элит, способный выразить и защитить высшие национальные интересы.

«Народный политолог»: Александр Андреевич, спасибо за разъснения.

Александр Лапин: Спасибо Вам.

Источник: Народный политолог

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.