Поющая Россия

Размышления после концерта.

О Юрии Щербакове и его концерте я узнал от хорошего знакомого: «Сходи, тебе понравится! Ты же, кажется, корнями с Дона, вот и он – казак». В общем, уговаривал он меня недолго…

Мой отец и правда родом с верхнего Дона, из села Белогорья Воронежской области, бывшей Белогорьевской слободы, основанной в XVIII веке переселёнными с Днепра императрицей Екатериной запорожцами. Я и сейчас люблю там погостить у любимой своей тётушки, Антонины Анохиной.

Там до сих пор сохранилась крупица той песенной культуры, которую можно услышать только на концертах или в старых кинофильмах. Там, как и прежде, на большие праздники, которые выпадают на тёплое время года, накрывают в одном из дворов столы, ставят угощение, зазывают соседей и – пошла гульба с застольными разговорами, шутками да танцами. Но обязательно настанет кульминация посиделок и усядутся все на лавки да на крылечко, да зазвучит народная, донская песня: долгая, громкая, протяжная…

Такие-то песни и составляют основу концертных программ известного волгоградского баяниста и собирателя народного фольклора Юрия Щербакова. Автор собирает свои песни в буквальном смысле ногами – ездит по хуторам, деревням юга России, родного Подонья, записывает их у переживших и перевидавших на своём веку многое бабушек да дедушек. А что те не пережили сами, то запомнили из песен, петых их сородичами прошлых, почти древних времён. Такой вот чистой, натуральной продукцией питает Юрий свою душу. А потом передаёт это другим душам.

Фольклор подкупает не только неповторимой красотой, душевным родством, но и правдивостью. Цензура не властна над такой песней, донёсшей до нас дыхание давно прошедших событий. По-настоящему народную песню невозможно переписать, переделать, запретить. Она может быть эмоциональна, субъективна, но, безусловно, искренна.

Открыл свой концерт Юрий циклом песен, посвящённых войне 1812 года. Тогда донцы-молодцы, едва не пленившие самого Наполеона, прогремели по всей Европе, считай, по всему миру. Но нет в песнях победителей злорадства, насмешки над побеждёнными; лишь удаль молодецкая, да печаль о павших. Не в этом ли и характер русского народа, частью которого и является казачество.

Война для нашего народа значит много. Но она для него не мать родна, не кормилица, а суровая, выстраданная необходимость. Народная песня из репертуара Щербакова «Боже мой, Боже!», написанная по известным событиям августа 1914 года, схожа с вполне авторской, написанной позже: «Хотят ли русские войны». Обе они отражают суть русского народа – прирождённого созидателя, лишь по необходимости ставшего воином.

Семьдесят лет назад на родине Юрия Щербакова шла величайшая Сталинградская битва. Конечно, не мог Юрий обойти эту героическую дату. Он исполнил те песни, которые сочиняли люди – ведь народное творчество не прекращалось и в годы войны.

В наше время, когда саму Великую Отечественную войну пытаются исказить, сфальсифицировать, только песня, сложенная не по заказу партии и правительства, а самим народом, остаётся критерием истины. Много ли мы слышали таких песен? «Утром спозаранку вошли в деревню танки…» «Лети, мой танк крылатый», «Далеко проходит слава…», «Поезд уходит далёко». Они, записанные, а часто и сложенные в казачьих станицах, отражают суть страшной войны, фиксирует отношение к ней казачества.

А российское казачество – наиболее организованная сила, оказавшая узурпаторам-большевикам ожесточённое сопротивление и которой была оказана «особая честь» быть изведённой под корень. Трагедия не грянула бы, если бы народ русский держался своих традиций, корней. Но, увы, отрыв этот произошёл. «Наш батяня когда помирал» – песня-наказ старого казака своим потомкам, песня о тех временах.

Я со стыдом вспоминаю период, когда старшеклассником жил несколько лет у деда с бабушкой и по вечерам ссорился с ними из-за песен. Пожив до этого несколько лет с родителями за границей, полюбил я там «волосатиков», – так дед называл моих тогдашних эстрадных кумиров – шведский квартет ABBA, британских «Smokie», германский «Tchingis-Khan», заокеанских «KiSS». Как не пытался он отвадить меня от них, как не стыдил, я только посмеивался над его «темнотой», да «врубал» погромче звук. А ведь когда был ещё дошкольником, мы с дедом Яшей танцевали вприсядку барыню, играли на ложках, да пели, укрывшись овчинным полушубком, фронтовые песни… Его давно нет в живых. Набравшись ума-разума, я теперь так же, как мой дед, невольно стал слушателем забившей весь эфир звуковой вакханалии, и понимаю весь ужас происходящего. С опозданием понимаю, за что меня ругал, о чём так печалился мой дорогой дедушка. Прости меня, дурака, Яков Арсеньевич!..

«Вы не хотите повторить судьбу индейцев Америки? – спрашивает зрителей Юрий со сцены. – Они тоже не сохранили своих песен. Тогда пойте! Отстаивайте своё право на жизнь. Хотите, чтобы и ваши дети были живы? И Внуки? Пойте вместе с ними, учите их народным песням».

Стыдно должно быть русскому человеку «безголосым» – то есть не знать своих народных песен. Такого можно сравнить с безногим инвалидом, собравшимся в дальний путь, или с танцором со связанными руками, или с воином, вышедшим на битву без оружия…

Песня ещё и замечательное лекарство от уныния и скуки – бичей нашего времени. Спеть песню, как вспахать пашенку или пройти с литовкой рядок-другой по колосящемуся полю. С ней любая работа в удовольствие, а без неё – тяжкий труд, а то и каторга.

А Юрий снял казачью, одетую набекрень фуражку, надвинул на глаза кепчонку, накинул пиджачок, отставил ногу, осклабился, блеснул фиксой – и уже перед нами не донской казак, а мужичок, отмотавший срок в лагерях и вернувшийся в свою станицу, в «родной колхоз». Это тоже часть нашей истории и часть нашей культуры, а значит, должны быть и песни, отражающие этот непростой период. Юрий им не гнушается, не пренебрегает в своём творчестве. «Парень в кепке, а зуб золотой», «Имел я деньги пребольшие», «Не влюбляйтесь в молодость, ребятушки», «Живо-живо, даёшь пару пива». В этих песнях и несчастная любовь, и страдания пропойцы, и смертельная ревность, и другие грани проявления падшей натуры. Но ни в одной из них нет обречённости, ведущей к безвозвратной гибели души, везде есть надежда на спасение через раскаяние.

Юрий Щербаков – счастливый человек ещё и потому, что поёт у него вся семья. Супруга Наталья – настоящая казачка: высокая, статная, чернобровая, да сын Дмитрий – ловкий, стройный молодец-удалец. Вообще, поющая семья – это образ будущей России. Эту мысль могу подтвердить и другими примерами. Познакомился недавно с прекрасной семьёй офицера спецназа подполковника Кузьмина, отца четверых сыновей. Живут дружно, поют много и охотно, несмотря на то, что самому младшему солисту всего полтора года. А когда глава семьи собирается в частые кавказские командировки, накануне вечером они обязательно устраивают семейный концерт – поют песни. Те, которые потом помогут пережить разлуку.

Другой пример поющей семьи подсказала жена. Она у меня с Алтая. Среди её знакомых есть семейная пара ветеранов войны и труда. Воспитали они пятерых детей и ни разу не поругались. В чём секрет? В песне. Если назревала ссора, глава семьи брал в руки гармонь и растягивал меха, а супруга очень любила петь. Вместо скандала рождалась песня, а следом за ней и мир.

К сожалению, нынешняя Россия в большинстве своём безголосая, потерявшая голос или поющая с чужого. Вокруг все сейчас активно ищут русскую национальную идею, крича о патриотизме, говоря много правильных слов. На самом же деле «тест на патриотизм» максимально прост: знание своих народных песен, своих корней. Это и есть объединяющая всех русская национальная идея. А если считающий себя русским человек никак не реагирует на русскую же песню, на танец, то он духовно мёртв и похож на живой труп. Чтобы оживить его, вдохнуть в него душу, надо… запеть.

Поющий русский не может быть и неверующим, ибо он со-творец Богу-Слово. Не может он быть и рабом, потому что поющий всегда внутренне раскрепощён, свободен, а песня – это проявление свободы и путь к ней.

Надо помнить, что слово – это основа жизни, основа мира. Ведь он был создан и словом, и голосом, а может, и песней. Поэтому и уничтожаются мир и жизнь нашим безгласием, жующим самодовольным равнодушием, ложной скромностью и фальшивой стеснительностью.

Так запоём все вместе, вслед за Юрием Щербаковым, и возродиться, и проснётся Россия.

Роман Илющенко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.