Правда о Ленском расстреле

В методах развала государства – ничего принципиально нового.

События русской истории начала и конца ХХ века, несмотря на разделяющий их столетний период, во многом схожи. В обоих случаях росло количество противоправных действий, направленных на свержение существовавшего строя. И в обоих же случаях опорой властям в пресечении массовых беспорядков и волнений выступали правоохранительные структуры и верные правительству войска. Одним из знаковых событий предреволюционной эпохи стали Ленские события, которым в этом апреле исполнилось ровно 100 лет.

Итак, весна 1912 года. Россия, активно развиваясь, шла вперед опережающими другие страны темпами экономического развития. Русским было чем гордиться. В царствование Николая IIРоссия стала главной кормилицей Европы. Урожай основных злаков в 1913 году был на треть выше, чем в Аргентине, Канаде и США вместе взятых. Россия осуществляла 50% мирового производства яиц и 80% льна.

Возводились фабрики, заводы, доменные печи, прокладывались железные дороги, которые строились небывалыми в мире темпами. Росли золотовалютные запасы государства: превышение доходов над расходами составило к 1913 году 2400000000 рублей. Вместе с тем, в России были самые низкие в мире налоги. Социальное законодательство империи считалось самым прогрессивным в мире. Президент США Д.Тафт на встрече с русскими промышленниками признавался, что русский император «создал такое совершенное законодательство, каким ни одно демократическое государство похвастаться не может».

Золотодобыча всегда была выгодным бизнесом. Ленские золотые прииски, принадлежали акционерному обществу «Лензолото» (как сейчас сказали бы, АО). Учредителями и владельцами контрольных пакетов акций АО, а попросту его хозяевами являлись Гинцбург, Варшавер, Винберг, Мейер (к слову, они не были подданными Германии). Прииски были известны на всю страну высокими заработками, поэтому привлекали массу людей со всей страны. Однако Россия, уже тогда занимавшая одно из первых мест в мире по высокооплачиваемому труду квалифицированных рабочих, отставала от стран Запада по условиям труда и развитию социально-бытовой сферы. Впрочем, обеспечение рабочих нормальными условиями проживания было обязанностью хозяев производства.

…Поскольку администрация АО периодически надувала рабочих, в их среде постепенно зрело недовольство, подогреваемое леворадикальными агитаторами. Благодаря гуманности властей и закона, они свободно проникали во многие сферы жизни, дестабилизируя обстановку в государстве.

К тому же, Ленские прииски – район особый. Это традиционное место ссылки и каторги. Среди ссыльных было немало лиц, осужденных за революционно-террористическую деятельность. Таким образом, можно утверждать: состоявшееся «выступление рабочего класса» (к которым сезонников-золотодобытчиков можно отнести с трудом), было запланированным и спровоцированным. Из материалов расследования известно, что накануне событий рабочим бесплатно раздавали водку; были вброшены политические лозунги, чуждые большинству рабочих; раздавали и оружие.

Поводом для выступления послужила продажа в монополизированной владельцами АО лавке негодного к употреблению мяса. В конце марта на приисках была объявлена бессрочная забастовка.

Власти предпринимали меры по стабилизации обстановки. Об этом свидетельствует интенсивная переписка между департаментом полиции, министерством горнодобывающей промышленности и бароном Гинцбургом – одним из владельцев предприятия. Однако межведомственная неразбериха, удалённость от центра, особый статус приисков и политизация конфликта усугубляли ситуацию, грозя перерасти в серьезные беспорядки. Допустить этого было нельзя. За безопасность приисков отвечал жандармский ротмистр Трещенков, который, докладывая своему начальству о развитии событий, просил прислать подкреплений. В результате, ему в подчинение была передана рота солдат.

И вот, 4/17 (по новому стилю) апреля 1912 года многотысячная толпа рабочих (около пяти тысяч человек), агрессивно настроенная и подогретая алкоголем, выкрикивая антиправительственные лозунги, медленно с обеих сторон улицы начала продвижение к зданию администрации, где находились вооруженные солдаты. Попытки некоторых инженеров и представителей кампании уговорить рабочих разойтись успеха не имели.

Из разъяренной толпы вслед за угрозами расправы раздались выстрелы провокаторов. Тогда с расстояния примерно 150 метров солдаты по команде ротмистра Трещенкова открыли огонь. Были убиты 250 бастующих, около 270 получили ранения. Позже, на месте столкновения были найдены колья, ломы, стальные прутья и другие «орудия пролетариата», которыми были вооружены забастовщики.

Вскоре об этом событии, преподнесенном, как очередная кровавая расправа царского правительства над рабочими, раструбили в либеральной прессе и леворадикальных изданиях. Разразился скандал.

Вопросом заинтересовалась Государственная дума, куда был приглашен министр внутренних дел А.Макаров. Отстаивая свою позицию и действия подчиненных, он с трибуны заявил:

– Когда толпа, потерявшая рассудок под влиянием злостной агитации, набрасывается на войска, тогда войскам не остается ничего делать, как стрелять. Так было и так будет впредь!

Однако, этот вполне достойный ответ министра лишь ещё больше распалил страсти. В российском крайне политизированном обществе поднялась буря протеста. Министерство внутренних дел и полиция обвиняли революционеров, спровоцировавших столкновения. Левые обвиняли во всем полицию и войска. Правые обвиняли евреев и требовали принятия жёстких мер. В такой накаленной обстановке Николай IIпоручил провести расследование инцидента сенатору Манухину. В этом решении царя отчетливо видна его беспристрастность. «Я знаю хорошо Манухина, – сказал царь, – он большой либерал, но безукоризненно честный человек и душой кривить не станет. Если послать какого-нибудь генерал-адъютанта, то его заключению мало поверят и скажут, что он прикрывает местную власть».

Манухин пришел к выводу, что, во-первых, виновно правление «Лензолота», которое не заботилось об улучшении быта рабочих; во-вторых – полиция и войска, которые вначале бездействовали, а затем допустили превышение власти. Других виновников либерал Манухин почему-то не выявил. Государь, однако, утвердил выводы этого расследования. Правление «Лензолота» ушло в отставку, а ротмистр Трещенков предан суду, сначала за бездеятельность, а потом за превышение мер…

Знакомая ситуация: попытка найти козла отпущения и спрятать концы в воду. Как тут не вспомнить апрельские события 1989 года в Тбилиси, за которыми последовала целая цепочка подобных акций, которая привела в конечном счёте к развалу СССР. Те же обвинения высших армейских чинов и рядовых солдат; попытка свалить всю вину на командующего Закавказским округом генерала Игоря Родионова и на «убийц»-десантников.

…В 1912 году суд не без вмешательства Николая IIоправдал ротмистра, признав его действия правильными, поскольку он был вынужден дать команду применить оружие в безвыходном положении. Ротмистр был приглашён в Петербург, где государь лично высказал ему свое расположение. Это был, безусловно, мужественный, но и роковой поступок для государя. Большевики ему этого не простили.

Ротмистр Трещенков с началом Первой мировой войны добровольцем пошел на фронт, где геройски погиб в Галиции, чем ещё раз засвидетельствовал свою преданность Родине и трону.

Ленский расстрел, наряду с не менее загадочными событиями 9 января 1905 года, вошёл в советскую историю как символ «кровавого царизма». Тем не менее, со временем правда становится известна. Иначе и быть не может

Роман Илющенко

Подполковник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.