Агент собственной безопасности (Часть II)

Психическое здоровье – проблема выживания общества и государства.

Информационно-психологическое воздействие на человека начинается с идеологии, поскольку целенаправленная информация всегда идеологична. Идея – это мысль, а мысль – это уже переработанная информация.

Многим внушили, что идеология – это плохо, но на самом деле без идеи человек жить не может. Любая идеология догматична и подразумевает ограничение противоречащих ей концепций, понятий, схем и образов. И к этому надо относиться спокойно; любой человек, общество, государство защищает, хранит себя от потенциального вреда. В данном случае – от негативной, разрушительной для психики информации.

Исторические примеры имеются: Древний Рим погиб, впав в разврат, когда даже чернь требовала не работы, а хлеба и зрелищ. Сами цезари задавали тон, устраивая вакханалии и сатурналии, где каждому разрешалось буквально всё, вплоть до объявления себя императором (такому сперва воздавали царские почести, а потом зверски убивали). Да и армию некогда непобедимого Рима составляли уже не свободные граждане, профессиональные воины, а иностранные наёмники и рабы. В итоге Рим, отвергнувший принципы государственности, разработанные ещё Платоном, Сократом, Аристотелем, которые чётко увязывали этику с политикой, пал под ударами менее цивилизованных, но сплочённых варваров.

Другой пример – из отечественной истории. Большевики, разрушив духовную и идеологическую матрицу народа, лишили его сакральной защиты от вредного информационного воздействия. Стало вдруг можно то, что раньше было запрещено и осуждалось. Именно тогда, кстати, был заложен курс на отрицание «пережитков прошлого» и его носителей – людей старшего поколения. Тургеневский конфликт «отцов и детей» получил «законное» развитие. Взамен старых порядков советским людям был предложен новый коммунистический кодекс морали и этики. Однако, осознав его химеричность, власти воздвигли «железный занавес», который защищал наш народ от «тлетворного влияния запада», если говорить идеологическими штампами тех лет.

В тот конкретный исторический период это было довольно правильным тактическим решением. Защищая себя, советское государство проявляло реальную заботу об информационной и психологической безопасности своих граждан. Людей ограничили в доступе к «вредной информации», и именно поэтому они были по-простому, по-человечески счастливы. На головы советских людей не сыпалась негативная информация о катастрофах, кризисах, бесчисленных происшествиях и авариях (хотя вряд ли их было меньше, чем сейчас). Так работала внешняя цензура. Да и человеческие страсти не подпитывались извне призывами к зависти, ненависти, разврату, супружеским изменам.

Так бы, может, и жили советские люди, «другой такой страны не зная», да только вот шила в мешке не утаишь. Информация о том, как живут на Западе, стала проникать из-за кордона. Она-то и производила смущение в умах. К тому времени выросло целое поколение людей, чётко уяснивших, что всё хорошее может быть только на Западе; эта предубеждённость и привела к трагическим, но закономерным событиям августа 1991-го. Отвергнув своё прошлое и настоящее, как плохое, «совковое», наши соотечественники захотели быть «европейцами». Итог известен: отравление. Самое настоящее. Информационное. Люди съели тот плод, есть который было нельзя.

Потоки новой для народа информации были в основном со знаком минус; и оказалось, что нет ни специалистов, ни структур, которые могли бы её отфильтровать, обезвредить. «Железный занавес» рухнул, подул «ветер перемен». Цензуры, определяющей, что можно, а что нельзя, не стало, и бывшие советские граждане, получив массив неконтролируемой информации, просто потерялись. Свободы, к которой они были не готовы, оказалось слишком много…

Да, цензура нужна, но прежде всего это должна быть цензура внутренняя, имя ей – совесть. В конце концов, даже в самом тоталитарном государстве невозможно перекрыть все каналы информации. Но если нет внутреннего цензора, то некому контролировать сердце и мозг, которые воспринимают негативную информацию.

Чтобы народ был стойким и невосприимчивым к негативу в красивой обёртке, ему нужна «прививка». Такая, какая была у наших предков и помогала им не только выживать, но и побеждать. Эта «прививка» – владение собой, умение отличать доброе от злого; делать её должны родители, школа, церковь, армия, общественные организации.

Хороший пример здесь могут подать российские мусульмане: они подвергаясь тому же информационному воздействию, что и все остальные, но сумели в большей степени противостоять этому давлению. У них нет таких проблем с наркоманией, пьянством, суицидами. У них гораздо меньше разводов, более многочисленные семьи. Всё это за счёт верности своим традициям, вере, чёткой самоидентификации, верности заветам предков, почитания старших. (В некоторых мусульманских странах, – например, в Иордании, Сирии, Азербайджане, – уровень суицидов на протяжении многих лет остаётся на нулевом уровне.

…Если на Западе развит институт психотерапевтической помощи, то мы чаще «лечимся» на кухнях, с друзьями, родственниками. Но люди ошибаются, когда думают, будто они могут сами справиться со своей проблемой, «как-нибудь выкарабкаться». Такие попытки часто заканчиваются плачевно. К сожалению, в нашей стране нет и того достаточного уровня культуры, чтобы граждане обращались со своим проблемами к специалистам – психологам, психотерапевтам или священникам. Большинство людей недооценивают их, забывая, что никакой друг на кухне не заменит специалиста, которого учили профессиональным способам выведения людей из стрессов.

Евгений Жовнерчук,

Роман Илющенко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.